День, который нельзя забывать

В номере 

Автор

В Берлине, у Рейхстага, прошел митинг, посвященный Дню памяти и скорби на котором присутствовали делегации России, Казахстана и других бывших республик Советского Союза.

Исполнился 71 год со дня выхода Указа Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 г. «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья и ликвидации её Автономной республики». Этот день является для каждого из них незабываемым днем. Лишь потому, что принес в немецкие семьи горе, страдания, лишение всего фамильного достояния, тяжелый труд, неизлечимые болезни, унижения и даже смерть.

По традиции, 28 августа тысячи российских немцев, будь то в Германии, России или Казахстане отправляются в церкви, на митинги, а затем садятся за семейные столы, чтобы отметить очередную «черную» дату. Вот уже более 10 лет в Берлине проходит всегерманский митинг памяти, посвященный российским немцам, безвинно погибшим в годы изгнания, депортации и геноцида. Вот и нынче к Рейхстагу пришли переселенцы всех поколений, чтобы отдать дань памяти невинным жертвам тоталитаризма, среди которых были и их родные.

Молодым российским немцам подобные встречи позволяют больше узнать об истории своего народа, проникнуться его тяготами. Но основное внимание на митинге, естественно, было сконцентрировано на тех, кто сам является частью этой истории. Перед Великой Отечественной войной в СССР насчитывалось более 1,42 млн. этнических немцев. С каждым днем очевидцев и участников тех страшных событий становится всё меньше, поэтому так важно именно сегодня сохранять память об этой странице истории.

Недалеко от импровизированной сцены я заметил группу молодых людей, с интересом слушавших выступления жертв депортации. Мне было интересно узнать, что привело молодежь на это мероприятие.

— Мы живем в Берлине и специально приехали, чтобы принять участие в митинге, — говорит студентка высшего учебного заведения Аня Физук. — Это первое мое участие в проведении данной акции. Я, Андрей Шонкнехт и Даниель Дик помогаем организаторам.

— Мы приехали в Германию по обмену изучения немецкого языка, — вступает в разговор студент московского университета иностранных языков им. Мориса Тореза Михаил Прядко. – Мы и не знали, что акцию Дня памяти у стен Рейхстага проводят наши соотечественники, бывшие граждане СССР. А как только услышали русскую речь, подошли поближе, чтобы побольше узнать о той трагедии. И как стало известно, более 500 000 представителей российских немцев преждевременно погибли во времена Второй мировой войны у себя же дома, только потому, что они были немцами.

Годы загубленной юности

История российских немцев была бы неполной без рассказа о тех, кто добивался своей цели, несмотря на притеснения и репрессии, депортацию, трудармию и спецкомендатуру. Вопреки всему этому из среды российских немцев выходили художники и писатели, музыканты и режиссеры, военные, инженеры, ученные и просто труженики. Двухмиллионный трудолюбивый народ, более двух веков связанный с Россией, и в тяжелый час был готов встать на её защиту. Немец Рихард Зорге передавал в Москву бесценные сведения о замыслах врага. Московский немец Николай Францевич Гастелло исполнил свой долг перед Родиной, направив подбитый врагом самолет на скопление вражеской техники. Двести поволжских немцев защищали Брестскую крепость. Погибая за Родину, совершали свои подвиги тысячи других советских немцев. А в это время их родных и близких уже увозили из родных мест в Сибирь и Казахстан. Тот злосчастный 1941-й год превратил жизнь этих людей в кошмар, которому суждено было продлиться не один год…

— На новых местах переселенцы оказались в самых тяжелых условиях, — рассказывает 89- летний трудармеец Георг Йорх. — Лишенные самого необходимого, мы находились на грани жизни и смерти. Но благодаря гостеприимству коренных жителей многие из нас сумели выжить.

Очевидцы рассказывают о тех трагических днях. Это истории живых свидетелей, переживших катастрофу немецкого народа, уничтожение его государственности и культуры, прошедших все круги ада.

— В Берлин, в День проведения Всегерманского митинга памяти, приезжает много людей со всей Германии, — говорит она их многочисленных участниц митинга Мария Фишер. — Дорога дальняя, тяжелая и уже многим становится не под силу такой путь. Но люди приезжают. Спасибо им за это. Я живу на Севере Германии, но, тем не менее, приехала сюда и внука с правнуком с собой привезла. Историю своего народа забывать нельзя, ее нужно помнить и передавать своим потомкам.

В 1941 г. когда началась война, германская армия оккупировала Украину самой первой. Всё проживающее там немецкое население погрузили в вагоны и вывезли в Германию. После победы Советской армии всё повторилось с точностью до наоборот – людей вернули назад, но не в обжитые родные черноморские места, а на лесоповал в глубь России, где они трудились от зари до зари…

После смерти Сталина и отмены комендатуры 1954 год открыл новую страницу в жизни семей российских немцев.

До сих пор нереабилитированные

Сегодня в живых осталось не много свидетелей того времени. Даже те, кто тогда был ребенком и не был мобилизованы в трудармию, уже уходят из жизни. Йоханнес Мецкер часто вспоминает пережитое. С горечью, но и со свойственным нашим соплеменникам юмором рассказывает он о начале придуманной властями экзекуции:

— Объявили нас, живущих в Республике немцев Поволжья, опасными элементами, поставили в строй, повели на далекую станцию, а потом повезли в еще более далекую Сибирь, в Красноярский край. В деревне, куда нас распределили, было 14 дворов. Мне было на тот момент 13 лет, я был старшим ребенком в семье. Через два месяца нашего отца направили в трудармию, а все главные тяготы легли на хрупкие плечи нашей мамы.

Через год по стопам отца отправился и сам Йоханнес. Уроки трудармии он проходил в Бугуруслане, где хлебнул лиха: и болел, и замерзал, и продовольственные карточки у него крали… Но все же парень выжил, потому что очень хотел жить.

— Трудармейцев в живых остались единицы, — продолжает начатый разговор Георг Йорх. — От государства никаких льгот мы не получаем. Там, где есть культурные центры, были созданы «клубы сеньоров». Но трудармейцев в них всё меньше — «сеньорами» становится уже послевоенное поколение. Семьдесят один год минул с той поры, но безответным остался до сих пор вопрос, который, словно клеймо, не вытравить из сознания стариков: «За что?!» И с каждым годом всё более настоятельно звучит другой вопрос: почему до сегодняшнего дня российские немцы остаются единственным из репрессированных народов, который не реабилитирован?

Мы желаем всем нашим ветеранам, и в первую очередь тем, кто прошел через ад трудармии и ужасы депортации, крепкого здоровья. Пусть они как можно дольше остаются среди нас и напоминают своим соотечественникам их непростую историю.

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!

Anzeige